Лунный сон
1907
Дореформенная орфографія (1912)
Мѣсяцъ, какъ призракъ хрустальный, поникъ онъ надъ омутомъ бора,
Въ кубкѣ изъ блѣдной лазури таетъ безплотный огонь.
Тѣни струятся и шепчутъ въ зыбкой прохладѣ простора,
Клонятся въ тайномъ порывѣ, въ тихій, беззвучный поклонъ.
Свѣтъ его — зовъ запредѣльный, пѣсня предвѣчно-нѣмая,
Вѣтви, какъ руки титановъ, тянутся къ нимъ, въ вышинѣ...
Міръ въ этотъ мигъ, истомленный, грезитъ, въ тѣни угасая,
Весь — въ ожиданьѣ предсмертномъ, въ сладкомъ, сонмическомъ снѣ.
Современная орфография
Месяц, как призрак хрустальный, поник он над омутом бора,
В кубке из бледной лазури тает бесплотный огонь.
Тени струятся и шепчут в зыбкой прохладе простора,
Клонятся в тайном порыве, в тихий, беззвучный поклон.
Свет его — зов запредельный, песня предвечно-немая,
Ветви, как руки титанов, тянутся к ним, в вышине...
Мир в этот миг, истомленный, грезит, в тени угасая,
Весь — в ожиданье предсмертном, в сладком, сонмическом сне.